Вы говорили с ними, и они ушли просветленными, вновь вступили на путь служения Господу и отринули неправедный путь преступления, на который встали было по наущению дьявола. Как ни прискорбно, но кое-кто из них определенно снова сошел с пути истинного, в противном случае мне, когда я оказался на Гармонии с небольшим отрядом милиции, посланным на поимку им подобных, не привелось бы снова увидеть человека, которого вы называете Хэлом Мэйном, среди преступного отребья, скрывающегося в тамошних горах.

– Да, – кивнул Блейз. – Неудивительно, что ты встретил Хэла Мэйна среди повстанцев, Эмит. Он необычный человек.

– Он совершенно определенно угодил в лапы сатаны, – заметил Барбедж.

– Несомненно, – согласился Блейз. – Но давай вернемся к более насущным проблемам. Я пригласил тебя сюда для того, чтобы удостовериться, правильно ли ты поймешь причины моего решения.

Его голос вдруг стал тихим и проникновенным, и по внезапно заблестевшим глазам Барбеджа стало ясно, что он заметил перемену.

Блейз продолжал:

– Ты, конечно же, намеревался снова вернуться на Гармонию, чтобы продолжить поиски Хэла Мэйна. Именно этого я от тебя и ожидаю. А ты уверен, что узнаешь его, если увидишь?

– Доверьтесь мне, Великий Учитель. Господь наградил меня отличной памятью на лица. Я как зеницу ока храню его портрет, составленный компьютером по его детской фотографии. Такие портреты распространяли ваши люди. К тому же мне дважды довелось узреть его воочию. – Барбедж на мгновение смолк. – А ныне, – продолжал он после недолгой паузы, – стало доподлинно известно, что он находится в одной из этих нечестивых Групп Сопротивления – разбойных шаек безбожников, выступающих против правящей Палаты на Гармонии так же, как подобное им отребье выступает против законных властей здесь, у нас.

Его речь представляла собой так называемый «распев», которым пользовались только самые религиозные люди Гармонии и Ассоциации.