«А откуда ты знаешь, что у Димы был латентный ген?»

«Помнишь того мальчика лет шестнадцати, которому я отдавал в лесу якобы деньги? Не деньги, а вашу генетическую информацию. Он тоже Иной. Мой связной. Он приносил мне результаты. А о твоем латентном гене я узнал еще раньше. Мне сообщили сразу, как только расшифровали геном. Образцы твоих клеток у нас были».

Да, у всех арестованных брали генетическую информацию.

«Значит, ты с самого начала за нами шпионил?»

«Не я за вами, а мы за ними. Ты забыл, что ты уже в другом лагере? Да. Мой побег был подстроен. Да, я год прикидывался человеком. И весьма успешно».

«А как же рыжая девица, возлюбленная?»

«Мы умеем не только передавать мысли, но и внушать их. Научишься. Все живы».

«А мои мучители? Артур, Ян, Лев?»

«Конечно. К сожалению, Артура мы потеряли. Могли бы потерять всех. Как ты думаешь, почему Ким смог столько времени стоять перед двумя Иными и прицеливаться?»

«Понятно. Его вынудили выстрелить в землю. А меня просто отпустили. Если бы Иные стали убивать людей, оказавшихся в их поле зрения, одного за другим, нападавшие расстреляли бы всех вслепую».

«Почти так. Только тебя не отпустили, а передали под мою опеку».

«А зачем ты вчера вслух разговаривал с Викой? Можно же мысленно».

«У меня плохо получается», — я услышал эту мысль очень слабо, еле уловил ее, но понял, что это Вика.

«Неполная активизация гена, — ворвался ко мне Женя. — Ничего, научится».

«А остальные? У кого еще латентный ген?»

«Больше ни у кого».

«Значит?»

«Да, мы должны их ликвидировать».

«А как же отмена политики тотального уничтожения?»

«Остров в океане? Это полумера. Все равно мы не уживемся на Земле. Мы занимаем одну экологическую нишу. Если можно обойтись без острова — лучше обойтись, чтобы не создавать себе лишних проблем».