Арсению это известно лучше чем другим, сам еще недавно владел собственным бизнесом, и считал себя крутым и ушлым. Еще и друзьям советы давал, сейчас уши горят, как вспомнит. Так ведь чистосердечно тогда считал, что для успеха достаточно хорошо знать свое дело и вкалывать по четырнадцать часов в сутки.

Работу на стройке он изучил почти досконально за два года армии, его призыву последнему такая радость досталась. Из-за дефектов зрения попал Арсений в стройбат, и думал, что придется ему там трудно и голодно. Однако повезло, строить для родины ничего, кроме генеральских загородных домов не пришлось, а там подкармливали. Сначала, правда в основном делал — бери больше, бросай дальше, но деревенскому, привыкшему к труду парнишке, это давалось сравнительно легко. А потом старательного солдатика приметил прораб и начал понемногу нагружать все более сложной работой.

Вот и сумел Арсений, дембельнувшись подчистую, сразу найти работу в строительной бригаде. А еще через пару лет ушел на собственные хлеба. Зарегистрировал фирму, переманил к себе тех, в ком был уверен. Что не запьют и не подставят. Спустя три года Арсений имел, кроме квартиры в подмосковном городке, джип, выкупленный под офис подвальчик, и почти полтора десятка рабочих. Не густо, но заказы раз от раза удавалось получать все более солидные.

И вот тут оказалось, что кому-то его успехи пришлись поперек горла, и в фирме начали происходить различные мелкие но досадные срывы. А потом и вовсе прижали его так, что пришлось срочно продавать всё, что сумел, и бежать без оглядки с чужим паспортом в кармане. Но про это лучше не вспоминать, сразу поднимается в душе жаркая неистовая ненависть к тем, кто бесстыдно сломал с таким трудом налаженную жизнь.

Арсений, чуть запыхавшись, остановился у низкого, в одну ступеньку, крылечка, достал из кармана полученные от начальства ключи и отпер испинатую грязными сапогами дверь. В нос ударил застоявшийся запах табачного дыма и нечищеного биотуалета, и новичок с отвращением понял, что начинать работу придется с банальной уборки. Предыдущий метеотехник, уволенный за беспробудное пьянство, загадил помещение хуже, чем сумело бы целое семейство хрюшек.