– Скажи мне что-нибудь менее очевидное!

Она покачала головой.

– Это какая-то бессмыслица.

– На первый взгляд – да.

Теперь Лакуна знала, что у Хамфри есть план, хотя и не могла представить, какой именно. А поделиться с ней своим планом он не мог, потому что Демон, скорее всего, подслушал бы.

Тем не менее она отважилась задать еще один вопрос.

– Если Демон X(A/N)th знает о тебе, но не хочет с тобой встречаться, то что изменится, отпечатай я твою биографию на стене?

– Тут есть одна тонкость. Моя жизнь будет изложена правдиво, хотя многое в ней никому не известно. Кроме Демона, конечно. Разумеется, я не осмелюсь искажать факты, хотя кое о чем будет больно рассказывать. Но в той точке, где кончается настоящее и начинается будущее, понятие правдивости становится несколько размытым. Я смогу излагать лишь надежды, не более.

– Но тогда ты бы мог сказать, что собираешься освободить Розу из Пекла и вернуть ее в Ксант – сам, без помощи Демона.

– Именно! И таким образом смогу предопределить свое собственное будущее. Демон будет вынужден встретиться и выслушать меня, чтобы не оказаться в проигрыше.

Какая хитроумная стратегия! Определенно Добрый Волшебник превзошел самого себя. Однако кое-что вызывало сомнения.

– Почему же ты не изложил историю своей жизни раньше, вместо того чтобы сидеть здесь и ждать?

– Письменное слово более весомо, чем устное. Я просто не мог отпечатать свою биографию, пока не появилась ты.

– Тогда почему Демон не остановил меня?

– Подозреваю, что он просто не обратил на тебя внимания. Будь ты прекрасной, или умной, или одаренной, как мои жены, он бы, конечно, воспрепятствовал твоему появлению здесь. Но теперь уже поздно.

– Удачно вышло, что я такая заурядная, – сказала она то ли радостно, то ли печально.

– Ты не заурядная, Лакуна, ты просто скучная. Ты никому не интересна. Ума не приложу, как это ты ухитрилась стать главным действующим лицом этой истории.