— В связи с отсутствием атмосферы корпускулярное излучение Солнца, бомбардируя лунную поверхность, вызывает… э… вызывает… э… нарушения распространения радиоволн. Эти нарушения и нарушают… — он окончательно завяз.

— Нарушения нарушают, совершенно верно, — поддержал Шеф. — Но на чем это основано?

— Это вторичное наведенное излучение, эффект Но… Но…

— Но?.. — сочувственно повторил Шеф.

— Новинского!!! — выпалил Пиркс.

Он вспомнил. Но и этого Шефу было мало.

— А на чем основан этот эффект?

Этого Пиркс не знал. То есть когда-то знал, но забыл. Он донес вызубренные знания до порога экзаменационной аудитории, как жонглер пирамиду самых неправдоподобных предметов, нагроможденных на голову, но экзамен давно позади…

И вот теперь вызванный его отчаянием бред об электронах, вторичном излучении и резонансе был прерван Шефом, который, покачивая головой, выражал свое соболезнование.

— А профессор Меринус поставил тебе четверку, — произнес этот беспощадный человек. — Неужели он ошибся?..

Кресло под Пирксом вдруг показалось ему чем-то вроде кратера вулкана.

— Мне не хотелось бы его огорчать, пусть уж лучше ничего не знает. — Пиркс облегченно вздохнул. — Но я попрошу профессора Лааба, чтобы на выпускном экзамене…

Шеф многозначительно замолчал. Пиркс замер. И, конечно же, не из-за этих слов — рука Шефа медленно отодвигала бумаги, которые Пиркс должен был получить вместе со своей Миссией.

— Почему не используется кабельная связь? — спросил Шеф, не глядя на него.

— Из-за высокой стоимости. Коаксиальный кабель сейчас соединяет только Луну Главную с Архимедом. Но в ближайшие пять лет планируется создание целой кабельной сети, — выпалил Пиркс.

Все еще нахмуренный Шеф вернулся к теме их беседы.

— Ну, хорошо. Практически Менделеев каждую ночь отрезан от мира в течение двухсот часов.