— Нужен ты ей, Николай Иванович. Ты для нее не существуешь, — сказал собаковод с обидой за свою овчарку.

— А если наступишь на хвост? Нечаянно? Тогда что? Борись за жизнь, а потом чини штаны и делай уколы.

— Ну-ну, только не калечь собаку, штаны обойдутся дешевле, — запротестовал собаковод и перевел овчарку к себе поближе.

Они, видно, были старые знакомые — собаковод и работник НТО, — а Леонид с ними выезжал впервые.

Тем временем шофер завел машину, и Леонид скомандовал: «Поехали».

Машина проскочила по бульварам по улице Герцена, на время была затерта в механическом потоке, вынырнула из него и остановилась перед облупившимся пятиэтажным домом.

Лифт, судя по висевшей бумажке, не работал, поэтому Леонид и собаковод с овчаркой побежали на третий этаж своим ходом. Там, на площадке, их дожидался участковый в новых больших сапогах и с традиционным кожаным планшетом в руках.

Из-за его спины выглядывали встревоженные лица жильцов, высыпавших из квартир.

— Милиция приехала, — произнес кто-то.

— Здравствуйте, товарищи, — сказал Леонид, и ему ответили вразнобой.

— Дядя милиционер, а почему вы не в форме? — спросил мальчуган в джинсах.

— Толя, не мешай дядям работать, — сказала женщина в цветном халате и повела мальчугана в одну из распахнутых дверей.

— А они их быстро поймают, жуликов? — не унимался малыш.

— Где хозяин? — спросил Леонид, пожимая участковому руку. Соседи привели под локти крошечную старушку.

— К вам можно? — обратился Леонид к тем, кто привел пострадавшую.

— Милости просим.

Овчарка нервничала, чувствуя начало работы. Ее мощная, отвисающая грудь напряженно дрожала.