
Мы взяли на борт около шестисот человек. Предел был положен запасами продовольствия. Особенно — воды. Когда число пассажиров стало достигать критического уровня, командир прекратил посадку.
Диспетчер космопорта сорвал голос, убеждая оставшихся за бортом сохранять спокойствие и терпеливо ожидать пассажирские корабли, которые уже в пути и придут через две недели по земному времени.
Попробуйте разместить полтысячи пассажиров в грузовом ионолете, имеющем всего двенадцать двухместных кают! Все каюты, включая пилотские, были отданы женщинам с грудными детьми. Остальным пассажирам предстояло провести полет в небывалых условиях — в тесноте грузовых отсеков и коридоров, на голодном пайке пищи, воды и воздуха.
Что же стряслось на Венере? Чем вызвано такое странное явление? Планета неприютна, жизнь здесь трудна — это так, но ведь колонисты, покидая Землю, знали, на что идут. Вряд ли можно было заподозрить их в том, что они — все разом! — испугались трудностей освоения Венеры. У меня не было времени выяснить причины, я носился из отсека в отсек, определяя места для пассажиров и пытаясь навести какой-нибудь порядок, а из обрывков услышанных разговоров понять что-либо было невозможно. Но я все же понял, что дело не в физических трудностях — об этом я не слышал ни слова. Речь шла о психике. Может, вспышка какой-то нервной болезни?
