– Не скрою, я очень рассчитываю на вашу помощь, доктор, – осторожно произнес он. – Мои познания в медицине, к сожалению, не очень велики. Скажите, доктор, что вы предпримете, если кто-нибудь из ваших подопечных пожалуется на внезапную странную вялость и слабость?

Ван Акен поправил очки на носу.

– Вы хотите сказать, инспектор, что вы испытываете вялость и слабость? – улыбнулся доктор.

Де Кок внимательно наблюдал за ним. Несмотря на открытую улыбку доктора, инспектор заметил, как в глазах его за стеклами очков удивление сменилось настороженностью. Старый сыщик поставил вопрос иначе.

– Скажите, имеются ли в Пюрмеренде специалисты-неврологи?

Ван Акен кивнул утвердительно.

– Да, здесь есть два невролога, и оба работают у нас, в больнице Святого Людевика.

– Хорошие специалисты?

– Да, очень.

Де Кок ухмыльнулся.

– Почему же в таком случае вы посылаете вашу пациентку, живущую здесь, в Пюрмеренде, на консультацию к амстердамскому неврологу?

Доктор нахмурился.

– Я направил свою пациентку в Амстердам? – удивленно спросил он.

Де Кок вместе со стулом придвинулся к нему поближе.

– Да, вы направили свою пациентку в отделение неврологии в больнице Южного Креста.

– Такого не могло быть! – твердо сказал доктор. Де Кок не сводил с него глаз.

– Я говорю о Розалинде ван Эвертсоорд… На лбу у Ван Акена собрались морщинки.

– Кто это?

Де Кок протянул к нему руки.

– Ваша пациентка, – повторил он, – которую вы два дня назад отослали в отделение неврологии амстердамской клиники.

Лицо доктора окаменело, доброжелательное выражение с него как рукой сняло. Он плотно сжал губы.

– Это не моя больная. – Он вскочил со стула и сердито проговорил: – Так и запишите: я никого не посылал в больницу Южного Креста!

Фледдер с улыбкой смотрел на Де Кока.

– Итак, доктор Ван Акен из Пюрмеренда заявил, что не знает никакой Розалинды ван Эвертсоорд?