Так или иначе, но благодаря истории с бухтой Потаенной я был до известной степени уже подготовлен к безоговорочному переходу на сторону революции, что и совершил, как вы знаете, в октябре тысяча девятьсот семнадцатого года вместе с несколькими другими офицерами Балтийского флота.
В те времена среди военных моряков имела хождение одна шутка. Не отрицаю своего авторства. Я сказал, что при содействии купца Абабкова у меня возникли свои особые, «личные» счеты с российским капитализмом…
Глава третья. ШЕСТОЙ СВЯЗИСТ ПОТАЕННОЙ
1Что же произошло с бухтой Потаенной после революции? Вопрос законный. Отвечаю: а почти что ничего! Атька, если и прилгнул, то, как ни странно, самую малость, — покровитель его, расторопный архангелогородец, действительно подбирал «остаточки». Правда, советские геологи возобновили работы в тех местах, но, говорят, и трех лет не прошло, как залежи были выбраны до самого донышка.
Обо мне разрешите кратко, только то, что имеет непосредственное отношение к Потаенной. Гражданскую войну я закончил на Балтике, а потом как гидрограф перешел в УБЕКС, Управление безопасности кораблевождения на Крайнем Севере. Исходил этот Крайний Север на кораблях вдоль и поперек, но, представьте, так и не побывал больше ни разу в своей Потаенной — как-то все не складывались обстоятельства.
Между тем у нас, в Арктике, и буквально на глазах у меня, происходили удивительные события. Ледокольный пароход «Сибиряков» — он еще дважды будет фигурировать в моем повествовании — за одну навигацию прошел Северным морским путем, Чкалов и Громов, как писали в газетах, совершили «прыжок» из СССР в США и, наконец, на «макушку земного шара» высадились наши зимовщики.