Его глаза заблестели, он пристально посмотрел на меня, однако ничего не ответил.

— Вы очень устали, — сказал я ему мягко. — Вам следует поспать. Но прежде покажите мне, как управлять топкой.

Мне показалось, что он колеблется. Но потом он тряхнул плечами.

— Хорошо, — сказал он, вышел из каюты и направился вниз по трапу, ведущему на главную палубу.

Мы подошли к дверям, ведущим в котельную. Обе створки были распахнуты настежь, и сквозь дверные проемы виднелись очертания котлов, величественных и холодных.

— Вот, — сказал Петч, указывая рукой на блок из трех котлов правого борта. В топке одного из них еще тлел огонек.

— Вот здесь уголь, — он направил луч фонарика на черную кучу возле люка угольного трюма. — Работать будем в две смены по два часа, — сказал он, взглянув при этом на ручные часы. — Сейчас почти двенадцать. Я сменю вас в два, — и он сразу же заспешил, прочь.

Стянув с себя фуфайку и закатав рукава рубашки, я направился к топке. Печь чуть теплилась. Я нашел рычаг и открыл заслонку. Зола излучала красноватый свет. Я взял лом и пошуровал тлеющую массу. Через несколько минут в печи загудело пламя.

Не помню, сколько времени я пробыл внизу. Мне казалось, что несколько часов. Я беспрерывно швырял уголь. Печь гудела, и от нее исходил жар. Потом я остановился отдохнуть и, опершись на лопату, следил за стрелкой манометра. В этот момент до моего слуха донесся слабый звук шагов по металлическому настилу где-то наверху, над котлами.

В дверях топливного трюма появился Петч. Некоторое время он был неподвижен, а затем двинулся в мою сторону, покачиваясь, как пьяный, в такт качки судна.

— Вы же совсем не спали, — крикнул я, внимательно рассмотрев его лицо. — Где вы были?