Шахбоз молчал. Вдруг его пронзило острое желание увидеть последнего корианца.

И сразу же он как бы оказался в полутемном узком помещении. В мягком кресле сидел корианец. Лицо его выглядело молодо, и только безмерно усталые глаза выдавали тысячелетнюю тоску. Он смотрел прямо перед собой. Чувствовалось, что все в нем напряжено до предела.

Он вздрогнул, узнав, что остался единственным, живущим на планете.

Корианец вертел в руках какую-то коробочку, на которую Шахбоз вначале не обратил внимания. Корианец был бледным, губы его что-то прошептали, и он резко щелкнул переключателем на коробочке. Тотчас голубое сияние заполнило помещение. А когда оно рассеялось, на месте кресла не было ничего…

Шахбоз вновь очутился в коридоре. На одном из кубов зажглась красная стрелка.

— Землянин! Подойди! — услышал он голос модулятора.

Шахбоз подошел к кубу и увидел в нем прорезь, из которой выдвинулась белая пластинка. Шахбоз понял, что ее нужно взять в руки.

Пластинка была из плотного переливающегося материала. На одной ее стороне виднелись знаки.

Шахбоз пригляделся к ним и, хотя знаки были ему незнакомы, вдруг понял их смысл. Подняв пластинку ближе к глазам, он прочел:

ЗАВЕЩАНИЕ

Собратья по разуму!

Мы, некогда гордый и счастливый, а сейчас глубоко несчастный народ, обращаемся к вам в свой последний час.

Наша цивилизация еще молода. Мы много сделали, нам предстояло сделать еще больше. У нас были силы, энергия, воля.

Но нас погубил эгоизм.

Каждое живое существо смертно, бессмертно лишь общество!

Мы забыли эту истину. И сейчас расплачиваемся за это.

Нас уже ничто не спасет. Мы уходим.

Но остается наша прекрасная планета, пригодная для жизни. Придите же вы на наше место и живите здесь!