…Всю ночь Марко, как собака, пролежал у двери, вдоль порога. Он ни разу ни о чем не спросил у меня, и я, в свою очередь, попытался обойтись без его услуг. Спальня оказалась на втором этаже; я разобрал постель и проспал до утра как убитый.

Петков приехал около полудня и был спокоен и свеж, точно роза. Сравнение напрашивалось само собой, поскольку заместитель начальника отделения В был облачен в свитер чайных тонов, каждая складка которого была совершенна, как лепесток. Марко вытянулся у двери по стойке «смирно» и ел глазами начальство.

— Вольно! — сказал я ему голосом Петкова, и Марко вздрогнул.

Петков посмотрел на меня с интересом.

— Иди, Марко. — Он бросил шляпу на стол. — Не дразните его, Багрянов! Можете доиграться. — Он сел. — Впрочем, дело ваше. — Отодвинул шляпу. — У меня мало времени, Багрянов, и я попрошу вас ответить быстро, коротко и точно. Три вопроса…

Я сел напротив.

— Какие вопросы?

— Первый: номер газеты?

— «Днес» от 16 апреля тридцать пятого.

— Текст поминания?

— Он не имел значения. Что открытка получена, я узнал по надорванному левому уголку. Это означает; через три дня здесь же.

— А если не придут? Или что-нибудь помешает?

— Тогда каждый вторник с десяти до десяти тридцати на улице Царя Калояна.

— Вас знают в лицо?

Я растопырил ладонь и демонстративно пересчитал пальцы. Загнул четыре.

— Сдается мне, что вопросов должно быть три?

Петков засмеялся, принимая шутку.

— Не скаредничайте.

— Да нет, валяйте, вы здесь хозяин. О чем вы спросили?

— Знают ли вас в лицо?

— Не думаю…

— Предполагаете или уверены?

Он говорил с таким напором, что меня разобрало зло.

— Я не господь бог!