Егор сдвинул белесые брови, опустился в кресло.
— За ночь прибавилось еще двести восемьдесят шесть больных. И еще двое умерло, — сообщил он.
— Кто? — не спросил, а скорее выкрикнул Илья.
— Технолог Газанфар, житель Северной Пальмиры, и… — Егор замолчал.
— Второй? Кто второй? — закричал Ефремов. — Почему вы играете в прятки?!
— Мы не играем. — Егор встал, опустил голову. — Мы плачем, Илья.
Ефремов повернулся к Славику и в самом деле увидел, что его чуть раскосые глаза полны слез.
— Час назад умер Антуан, — сказал Славик.
УТЕЧКА НА ЛИНИИ
Пол вдруг ушел из-под ног, зазвенела посуда, сорвался с места и грохнулся подвесной садик амарилисов, и, на белой скатерти расплылось уродливое пятно вишневого сока.
Кто-то испуганно охнул.
— Восемь баллов по шкале Рихтера, — тут же сообщил Помощник. — Сработали гравитационные компенсаторы.
— Что происходит, Рем? — окликнул Илья знакомого администратора, чей завтрак разлетелся по столу.
— Понятия не имею, — ответил тот и подошел к стене-окну.
С пляжа бежали люди. Над потемневшим телом океана суетились красные капсулы спасавтоматов — падали на воду, стремительно уносились к медцентру.
Ожил стационарный «Инфор», расположенный в углу столовой. В объеме изображения появился не дежурный Совета, а сам Шевченко, как всегда немногословный и предельно собранный.
— Зарегистрированы непрогнозируемые мощные подводные толчки в местах основных поселений людей, — сказал он. — Служба оповещения цунами предупредила, что к Золотому Поясу идет волна со скоростью около девятисот километров в час. — Шевченко сделал паузу, глянул на часы. — Объявляю тревогу! Эвакуацию закончить в течение двадцати минут. Все здания и отдельные модули переводятся в режим полета. Всем отдыхающим занять свои жилые помещения. Администраторам через десять минут доложить о ходе эвакуации в закрепленных за ними зонах.