– Счастье пусть у меня останется старым! – пропищала Зайчонок.
Заглушая звук телевизора, Мила пробарабанила туш на фортепьяно, тогда как Арина уплетала все, что попадалось. Но поесть досыта не дали, Боб скомандовал:
– Все во двор! Берем только шампанское, бокалы и…
– Опля! – с подносом появился Антон. – Все готово!
В прихожей похватали одежду, выскочили во двор, где горела небольшая елка, а с неба сыпалось недоразумение в виде мелкой крупы. И все же это был снег! Выпили, танцевали дикие пляски, пускали салюты в небо, дурачились. Вспомнили детство! Нет, наверное, в душе все так и остались милыми детьми.
Внезапно погас свет. Но только в доме и во дворе Боба. В наступившей тишине Арина разочарованно протянула:
– Какая жалость…
– Это начало сюрприза Боба, – шепнул ей на ухо Антон, стоявший сзади. – Помни: это шутка.
– Ты меня пугаешь, – хохотнула Арина. – И, боюсь, сюрприза не увижу, темно же – я тебя не различаю. Ой, а наша компания уменьшилась… Где все?
– Идемте в дом, я замерзла! – подпрыгивала Зайчонок.
– Рано, – сказал Антон. – Мы получим сигнал, когда заходить.
– Ой, что будет… – загадочно промурлыкала Мила. – У меня заранее душа уходит в пятки.
– Да что будет-то? – озадачилась Арина.
– Очередной дурацкий прикол Боба, – сказал Эрнст, отпивая из бокала шампанское. – Нервы нам пощекочет.
Слабый свет замерцал в окнах первого этажа.
– Пора, – Антон двинул первым, за ним поплелись, осторожно ступая, Мила, Зайчонок, Арина, Эрнст и Жанна.
В прихожей было темно – хоть глаз выколи, тоскливая музыка доносилась из гостиной. Кое-как повесили одежду, после чего Антон распахнул дверь. Зайчонок взвизгнула. Арину одолевало любопытство, она протиснулась вперед, вздрогнула от неожиданности, схватившись за грудь, замерла.
Горели свечи. Праздничный стол был сдвинут, на его месте стоял – о, ужас! – гроб. Натуральный. С крышкой. Антон захохотал и зааплодировал, Арина покосилась на него с подозрением: не заболел ли он идиотизмом? Нет, не болен, ему понравился «прикол», как и его Зайчонку, которая прикрыла ладошкой рот и от восторга попискивала.