Фуражка отлетела в сторону. Убитый повалился на бок. Тонкая струйка крови, вытекшая из раны, сползла вниз, мелкими каплями упала на подсохшую грязь дороги…

Ястреб слышал выстрел. Он видел, как те двое подошли к двуколке. Молодой отшвырнул ногой фуражку. Второй хлопнул мерина по крупу, конь затрусил в сторону деревни. Привычно повесив карабины за плечо, двое закурили. Бросая друг другу редкие фразы, пошли в глубину болот. Ястреб их не боялся. Когда люди охотятся на людей, им не до птиц…

6 октября 1939 года МИНСК

…Новая, свободная жизнь начиналась удивительно хорошо. Секретарь райкома комсомола, старый знакомый Алексея по подполью, разложив перед собой папку с его рисунками, рассматривал их, удивленно кивая головой.

— Слушай, да тебе учиться надо! Талант пропадает!

— Где учиться?

— Как где? В Москве, конечно. В художественном училище.

— Скажешь тоже, в Москве! Кому я там нужен?

— Чудак-человек… Теперь не при панской власти живем Жалко, конечно, будет тебя отпускать. Опыт имеешь. Я бы сейчас тебя в массы, на комсомольскую работу! Ну да ничего! Пошлем в Минск письмо с просьбой направить тебя в художественное училище. Будет у нас товарищ Кисляков народным художником… А пока у меня поживешь, отдохнешь, приоденем тебя, чтобы прибыл в Москву как надо… — И он весело подмигнул Алексею.

Вызов в Минск пришел неожиданно быстро. Райком выделил денег на дорогу. В тот же вечер Алексеи и уехал, благо собирать ему было нечего.

…Алексей внимательно осмотрел темно-вишневую вывеску у входа. Может, ошибся? Вернулся на угол и снова сверился с бумажкой. Все правильно. Ему действительно сюда…

Военный у дубовой стойки; перегораживающей вестибюль, взял под козырек:

— Слушаю!

На всякий случай Алексей протянул все свои бумаги. Постовой взял их и кому-то позвонил.