— Ну вот. Одно стекло целое — носи. Правда, здесь всё равно ни черта не видно. И перестань скулить — ты же мужчина. Как тебя зовут?

— Дэвид.

Парнишка поспешно нацепил полуразбитые очки. Его распухшие губы кривились в жалкой улыбке.

— Спасибо, сэр! Не знаю, как вас зовут.

— Энтони Макфейл. А проще — Тони. Я веду группу людей к окраинным станциям. Там будет легче выбраться. Если хочешь, пошли с нами… А там, — Тони ткнул пальцем вверх, — и родителей своих разыщешь. Может, им помощь какая нужна, а ты тут скулишь на рельсах.

— Спасибо, сэр! — повторил Дэвид, не скрывая радости. — Я пойду с вами. Я буду вам помогать. Вот увидите!

— Ничего я не увижу, — улыбнулся Тони и выключил фонарик. — Батарейку надо беречь. А то будем тут, как кроты, ползать. Пошли со мной. Пару часов поспим — и в путь.

Утром, после подъёма, обнаружилось, что плюгавенький старикашка, который за ужином больше всех ворчал и ругался, исчез, прихватив с собой остатки еды.

— Кто из вас прозевал эту сволочь? — набросился Тони на Арчибальда и Ричарда, которые дежурили после него.

— Не ори, Беспалый, — оборвал его Арчибальд. — Может, ты сам и прохлопал — почём знать.

— Нет, нет, — вмешался в разговор Ричард. — По–видимому, это моя вина. Я слышал, что ночью кто–то выходил из комнаты. Подумал: по естественной надобности.

— Я сейчас сойду с ума! — воскликнул Тони. — Куда это ты, Борода, всё время опаздываешь? Скажи, наконец.

Ричард пожал плечами.

— Раз в неделю я езжу в клуб. Мы играем в покер, курим, говорим о политике. Я пообещал жене, что вернусь сегодня не позже полуночи. Слово джентльмена есть слово джентльмена. — Ричард вздохнул и поправился: — То есть уже не сегодня, а вчера — ждала…

— Ведите же нас куда–нибудь, — послышался в темноте раздражённый женский голос. — Мы здесь все перемрём с голоду.