– Нет Кир, – она подошла вплотную к парню и, наклонившись к уху, прошептала. – Но я тебя найду… в игре.

Кирилл вздохнул и хлопнул рукой по мерцающему огоньку. Мир мигнул и погас. Кирилл снял с головы скан-обруч и несколько секунд лежал на кресле, бессмысленно таращась в потолок, тем временем от тела с легким чмоканьем отстегивались системные датчики и втягивались внутрь кресла.

– Кирилл вставай давай, а то в школу опоздаешь, – раздался снизу голос мамы.

– Да я уже, – он вскочил с кресла и несколько раз присел, затем упал на пол и отжался десяток раз, после чего, подхватив весящее на спинке кровати полотенце, выскочил в коридор и направился в ванную.

Тугие струи теплого душа прогнали из мозга остатки виртуальной реальности и Кирилл, вытершись пушистым полотенцем, натянул на себя майку с шортами, висевшими тут же в шкафу рядом с душевой и, перепрыгивая через ступеньки, спустился по лестнице на первый этаж.

На столе уже стоял нехитрый обед из «болтуньи» и стакана яблочного сока. Кирилл плюхнулся на стул и, отправив в рот кусок «болтуньи», укоризненно посмотрел на мать.

– Опять сама готовила? Мам ты ведь и так пол дня на работе, у нас ведь комбаин есть для этого. Мама улыбнулась.

– Знаешь сынок, ну не могу я представить, как можно есть эти пищесмеси, ведь сплошная синтетика.

Она подошла к кухонному гарнитуру и, открыв верхний ящик, достала голубой картридж от пищекомбайна.

– Вот вчера купила, написано «овощное рагу», – она со вздохом подошла к серебристой сфере комбайна и, вставив картридж в приемник, нажала клавишу выдачи. Внутри сферы что-то зажурчало, потом она разделилась на две половинки и на стол выдвинулась белая тарелка с дымящимся рагу.

– На вот, понюхай. Кирилл наклонился над тарелкой и поморщился.

– Брак какой-то, верни им назад.

– Сегодня верну, – кивнула мама. – Только все равно Кирилл не хочу я тебя пичкать этими: «молекулярно-упакованными высокопитательными концентратами». Лучше уж все натуральное.