— Она жива! — крикнул Райл. — Кровь пустяки. Царапины!
— Что это было?! — Альга уже сидела на коленях перед потерявшей сознание Шилой.
— О каком Целителе шла речь? — в свою очередь спросил Огонек.
— Не знаю. Спасибо, что отдал жар своей «искры». Без тебя бы я не справилась.
Он улыбнулся:
— Ты просто молодец! Я ничего подобного не видел. — Молодой человек, подняв с пола, поднес к глазам рубиновую песчинку. — Эта штука нападает только на тех, кто сотрудничает с Бездной? Кто тебя этому научил?
Девушка лишь покачала головой.
Не время сейчас что-то объяснять. Они по-прежнему в опасности.
А еще юная Ходящая думала, почему спутник гонца не напал на нее по дороге, когда у него была такая возможность, а рискнул влезть в Клык Грома, где несравнимо опаснее.
ГЛАВА 3
Проклятое тело преподнесло Тиф очередной «сюрприз» и решило испытать новую хозяйку болезнью.
Последний раз Дочь Ночи хворала Бездна знает сколько веков назад и уже успела напрочь забыть отвратительные ощущения. Она чувствовала себя старой развалиной, по костям которой галопом проскакал кавалерийский полк. Убийца Сориты беспрерывно кашляла и чихала, но это было мелочью по сравнению со страшной ломотой в висках и бесконечным ознобом. Ей хотелось забиться в какую-нибудь нору и умереть там, в покое, тепле и уюте.
Вместо этого приходилось трястись в седле, терпеть порывы ледяного ветра, прятать лицо от ледяных снежинок, делающих кожу на щеках бесчувственной, и проклинать недружелюбные горы, которые вызывали у нее отвращение, с каждым днем все больше и больше превращающееся в ненависть.
Проклятая ползла по долинам и перевалам, жалея себя и едва не плача. Скачущая на Урагане хлюпала носом, надсадно кашляла и продолжала страдать, злясь на никчемную оболочку, неспособную выдержать жалкую болезнь. Она не желала просить помощи у мальчишки-Целителя и лечилась самостоятельно горькой дрянью, выпрошенной у жреца.