— Мы, Зоряна, выбрали для посадки именно Плато Дилиаков, — ответил Федор Драголюб. — Однако, кроме твоего отца, никто всерьез не воспринимал гипотезу об этой цивилизации. Поэтому, думаю, сейчас не время продолжать эту тему…

— Мы берем на себя инициативу и всю ответственность. Не так ли, Франциско? На двух машинах с максимальным интервалом, чтобы иметь возможность следить друг за другом. При малейшей опасности зададим стрекача.

— А что думает Центурион? — спросил командир.

Визит к жителям Керла казался мне целесообразнее поисков в полном неведении. Я так и сказал.

Но Трелинг, нетерпеливо вскочив, возразил:

— Пока мы спорим, наши товарищи, вероятно, теряют последнюю надежду на спасение. Командир, разреши вылетать! — Голос его был полон гнева, хотя звучал тихо.

— Хорошо…

Через несколько минут экспедиционные триангуляры отделились от нашего корабля. Два блестящих треугольника зависли над коричневой пустыней.

— Как связь, командир?

— Надежна!

На большом экране внешнего обзора машины быстро превратились в две блестящие в лучах Центы точки над горизонтом. А на экранах Шалого и Трелинга мы видим мир глазами наших товарищей.

— Мы сначала облетим вокруг.

— Я пойду первым. Ты моложе… и должен возвратиться… — слышится голос Трелинга.

— Над морем все спокойно. Ничто не привлекает внимания. Связь устойчива?

— Да.

— По береговой линии не заметно ничего необычного…

— Вижу темный предмет на расстоянии трех сотен метров от берега.

— Похоже на человека?

— Нет. Локация характеризует предмет как выход глубинных пород на поверхность. Иду на снижение. Датчики сигнализируют о сверхмощном гравитационном возмущении. Прибор зашкаливает… Да… Это простая каменная глыба. Она лежит, будто ее выворотили на поверхность.