— Для гравитационной западни это слишком мало, — кричал с экрана Трелинг. — Такого не может быть! Тогда интенсивность поля должна быть больше тысячи граве! И я никогда не выберусь отсюда, — произнес он спокойнее.

И вдруг заговорил Бимба Джамирдзе:

— Командир, разреши присоединиться к Трелингу! Наша программа, собственно, и состоит в изучении Плато Вечности! У меня нет ни малейшего сомнения, что там, в зерне Мейбомия, действительно иной мир, рукотворная вселенная. И я хочу ее видеть! Мы с Трелингом — а я найду его там — возможно, узнаем, как можно вернуться назад… Уверен, что те… они там знают секрет возвращения.

— Не спеши, Джамирдзе.

— Возможно, мы сумеем найти и Марка Энса и Клитоцибера. Думаю, они еще живы. Ведь не прошло и тридцати часов, и автономные системы жизнеобеспечения должны функционировать…

Драголюб помолчал, затем произнес шепотом:

— А что думает по этому поводу Зоряна?

Девушка зарделась:

— Может быть, нам чем-то помогут Тиридан и его друзья… Мы с ними еще не познакомились…

— Вирдан, мой брат. — Тиридан взглядом указал вправо от себя. — А это его друг Наруцен.

— Очень приятно… Скажите, кто-нибудь возвращался от дилиаков?

— От дилиаков возвращались, но никто не вернулся из тех, кто пошел к зернам Мейбомия.

— Никто?

— Никто.

— А как вы сами считаете, кто такие дилиаки?

— Слуги Мейбомия. Они охраняли зерна.

— Вероятно, дилиаки действительно охраняли гравитационную ловушку. Но от кого и как именно?..

— Они не останавливали никого из тех, кто шел к Мейбомию, — бросил Хенк Михайлов. — В чем же тогда заключалась охрана?

— Они охраняли зерна, но не идущих к ним, — сказала Зоряна.

— Но ведь это жестоко. Мне просто не верится, что высокоразвитая цивилизация могла так… — Юлия Шандра не находила слов.

Драголюб улыбнулся: