У входа на мост дорогу Григу преградили двое лучников.
– Кто? – спросил один.
– Менестрель, – сказал Григ, ткнув себя пальцем в грудь, и ступил на подъемный мост.
В мрачном зале пахло сыростью. Несмотря на то что вечер еще не наступил, здесь пылали смолистые факелы.
Григ отвесил поклон королю, как того требовал этикет.
Принцесса посмотрела на вошедшего, их глаза встретились.
– Принцесса Кларинда, вы совсем не изменились! – вырвалось у Грига.
– Что это значит! Вы знакомы? – нахмурился король, разглядывая необычное одеяние пришельца.
– Первый раз вижу, – повела плечиком принцесса.
Придворные зашушукались.
– Что же ты исполнишь нам, чужестранец? – спросил король.
– Я исполню сейчас музыку, в которой вы услышите и шум волны, и плач пастушьего рожка, и шепот любви, и цокот копыт, и любезный военному сердцу стук шпаг...
Король и принцесса переглянулись.
– Вижу, ты не страдаешь излишней скромностью, – усмехнулся король. – Но на чем же ты будешь играть? Где твоя лютня? Может быть, ты загубил ее в дороге? Эй, – хлопнул он в ладоши, – подать сюда...
– Не нужно, ваше величество, – почтительно прервал короля Григ и вынул из кармана транзистор. – Вот моя лютня.
Все вытянули шеи, стараясь разглядеть крохотную коробочку. Она размером со спичечный коробок – могла бы сказать Кларинда, если бы знала, что такое спички. Но до их изобретения оставалось еще не одно столетие...
– Как! Ты хочешь сказать, что будешь играть на этой маленькой штучке? – удивился король.
– А почему бы и нет, ваше величество? – ответил Григ, вытаскивая из приемника антенну.
Принцесса подалась вперед, едва не вылетев из кресел.
– Это струна такая? – спросила она, осторожно тронув тонким пальчиком стальной прут антенны.
– Мм... вроде, – промямлил в ответ Григ, кидая на принцессу пламенные взгляды.
Дождавшись, когда всеобщее напряжение достигло крайнего предела, он осторожно повернул колесико. Тихий щелчок отчетливо прозвучал среди мертвой тишины, нарушаемой лишь слабым потрескиванием горящей смолы. Все слышали, как внутри дьявольской коробочки что-то зашумело.