Копейкина дошла до ограды и заметила калитку. Сначала хотела повернуть назад, но, увидев метрах в ста прекрасную солнечную поляну, решила исследовать местность получше.

Покинув территорию Иннокентия, она не спеша шла к высоченному дубу, напевая под нос детскую песенку.

Бабочки порхали вокруг, словно ожившие цветки, кузнечики пиликали настолько громко и неистово, что Катарина на мгновение ощутила себя Алисой, попавшей в Страну чудес.

В центре поляны, недалеко от дуба, Копейкина присела на пень, вдохнула полной грудью чистейший воздух и… В висках у нее внезапно закололо, к горлу подступила тошнота.

Сказывались годы, проведенные в загазованной столице! Человек, выросший в огромном мегаполисе, адаптирован исключительно к загрязненному воздуху. Годами вдыхая запах бензина, выхлопных газов и прочих нечистот, он уже не может спокойно находиться на природе. У него начинает кружиться голова, горло сковывает металлический обруч – чистый воздух действует на бедолагу, как дихлофос на тараканов.

До сегодняшнего момента Катка наивно полагала, что в своем подмосковном коттедже она полностью защищена от загрязнений окружающей среды. Оказалось, что только казалось. Очевидно, уже и область пропиталась насквозь городским смрадом.

Позади послышались тихие голоса. Катарина обернулась. В ее сторону шли двое незнакомцев – мужчина и женщина. Обоим слегка за пятьдесят. Он – низкорослый толстячок с копной каштановых волос, она – высокая худощавая блондинка.

Поравнявшись с Копейкиной, дама, обладательница ядовито-зеленых очей, не без ноток удивления воскликнула сиплым голосом:

– Вот те раз! Незнакомка в наших краях? Нонсенс!

– Вы заблудились? – спросил приятным баритоном мужичок.

– Нет, я здесь живу.

Лицо дамы вытянулось.

– Живете? Здесь? Ха-ха… Семен, ты слышал? Дорогая, это шутка?

– Да нет, мы вчера приехали на лето в особняк Иннокентия Эдуардовича.

Женщина вздрогнула.

– Вот как? Интересно… очень интересно. А вы… простите, конечно, за бестактный вопрос… кем ему приходитесь?