— Думаешь, твой ремень спасет нас, когда все рухнет нам на головы?

— Думаю, я буду удовлетворен, если он излечит тебя от глупости и нежелательных связей.

— Значит, ты считаешь, что ничего не случится?!

— Конечно, ничего не случится.

— Но об этом все говорят! Все! И эти обвалы…

— Обвалы были всегда. Из камня мы приходим, в камень и возвращаемся. Мы столько всего берем у земли, было бы странно, если бы земля время от времени не брала нас. Повторяй про себя эти слова нашего жреца и не слушай глупости старших мальчишек. Ничего никуда не рушится. А теперь принеси-ка ремень. Ты тут наболтал на две хороших порки. А потом за руны и никаких воинов. Чтоб я в нашем доме этого слова больше не слышал!

…Была осень, и веселый осенний ветер мел шуршащее золото листьев по тропинкам рощи близ герцогского замка. Иногда ветру надоедало просто мести, и он начинал вертеться, как собачий хвост, выплетая из листьев золотистые кружева. Сквозь осеннее золото к герцогскому замку шел человек в черном плаще, черной шляпе и черных сапогах. Подъемный мост был опущен, и, перейдя по нему глубокий ров, в воде которого плавали наперегонки все те же листья, человек подошел к воротам замка и решительно постучал в них перстнем самого герцога.

— Почему бы вам не постучать в калитку, незнакомый господин? — насмешливо донеслось до него откуда-то из-за стены. — Вы ведь не карета… и не конная свита!

— Потому что я пообещал его светлости постучать именно в ворота, — сварливо отозвался незнакомец.

Шут

В Яшмовом Кабинете Подгорного Владыки было пусто. Стопкой возлежали на краю огромного розовой яшмы каменного стола яшмовые же таблички, густо изрезанные гномскими рунами. Но Якш не почтил своим вниманием Яшмовый Кабинет, и его яшмовые проблемы остались нерешенными. Пусто было и в Золотом Кабинете.