Орвелл нажал кнопку вызова.
– Икемура?
– Да. Уже почти все.
– Мне достаточно «почти». Я хочу знать, что случилось. Заходи ко мне немедленно.
– Да. Еще пять минут.
Несмотря на фамилию, Икемура не был японцем. Даже в его внешности не было ничего японского. Это был полный веселый блондин, с легкой рыжинкой в усах, с громким голосом и со страстью к рассматриванию порножурналов. Еще Икемура любил выпить, но только не на работе. А работал он отлично. Последнюю неделю работал даже по ночам, хотя никто и не требовал этого. Икемура был почти другом, почти.
Еще Икемура был до удивления везучим. Рождаются же такие счастливчики…
– На что это похоже? – спросил Орвелл, когда Икемура вошел и сел в удобное кресло, у стены.
Бэта до сих пор не отвечала на сигнал. Если это катастрофа, то катастрофа колоссальная. Придется посылать боевой крейсер, возможно не один. Главное, что ты не знаешь, с чем тебе придется столкнуться. И все же это такое приятное и сладкое чувство – опасность.
– Надоела мне эта Бэта дальше некуда, – сказал Икемура. – Ты знаешь, шесть дней назал я привел домой такую женщину и она была такой мягкой, потому что у нее только что умер брат – она была на все готова – и тут вы со своей Бэтой.
– Где ты ее нашел?
– Женщину? В одном притоне. Мы там играли на жизнь и я выиграл.
Орвелл усмехнулся. Икемура не из тех людей, – подумал он, – которые способны пойти в притон и играть на деньги, не говоря уже о том, чтобы играть на жизнь. Правда, иногда он может рассказать такое, что не знаешь, верить или не верить. Главное, говорит будто бы совершенно серьезно.
– Тебе нужно мое мнение или официальное? – спросил Икемура.
– И то, и другое.
– С какого начать?
– С официального.
– Тогда все просто и глупо. Колония на второй планете Бэты Скульптора перестала отвечать по лучу. Вместо ответов мы получаем самую разную чушь.