Я мог бы ответить ему еще по телефону, что я думаю по этому поводу.

И все-таки я решил прийти. Мне хотелось видеть, как он будет говорить со мной. Я хотел видеть его лицо во время разговора.

Я уже знал, ЧЕМ закончится этот разговор.

Когда я пришел, отец сам встретил меня. Он вежливо поздоровался и провел меня в комнату.

И здесь он взорвался.

Он говорил, переходя на крик. Он говорил, что она у них единственная дочь. Что они потратили полжизни на то, чтобы вырастить и воспитать ее. И что он не позволит таким, как я, покушаться на ее доброе имя, на ее честь и т. п.

Какой смысл в этих словах? Ведь я УЖЕ это сделал. И потом, причем здесь «доброе имя»?

Он говорил, что в его время никто не позволял себе ничего подобного.

Это было неправдой. Может быть, он сам и не позволял, но то его личные проблемы. Он просто обыкновенный человек, и его чувство собственного превосходства занижено. Ведь люди вынуждены себя ограничивать, чтобы выжить в этом мире.

Наконец он подошел к тому, что и собирался мне сказать. Что если во мне осталась хоть капля порядочности, то я должен на ней жениться. Плюс еще материально компенсировать им моральный ущерб.

Он махал руками перед моим лицом и требовал, чтобы я сделал это сейчас же. Иначе он примет меры. Он устроит мне «сладкую жизнь». Он…

За все это время я не сказал ни единого слова. Я слушал, как он распинается, изливая на меня свою негативную энергию. Я сохранял совершенно невозмутимое выражение лица.

Я ведь знал, что в любой момент могу это прекратить.

Но мне уже стало надоедать. Тем более, что он ждал моего ответа. Он не переставал кричать, но он хотел, чтобы я ему ответил.

И я ответил:

«Извините меня, конечно, но женитьба не входит в мои планы.»

Он перестал махать руками и опустился в кресло. Он замолк. Злоба исчезла с его лица. Он смотрел на меня СНИЗУ ВВЕРХ. Он почувствовал, что сделал что-то не так.