Иногда он выводил свою лодку на большую воду и исчезал в неизвестном направлении на несколько дней. К сожалению, у Пиила не было никакой возможности проследить, куда он ходит на своем суденышке, поэтому мальчику ничего не оставалось, как фантазировать на эту тему. Неужели этот человек выходил по ХелфордРивер в залив и дальше — в море? Кто знает? Может статься, что он добирался аж до самого мыса Святого Ива!

Потом Пиил стал носиться с еще одной мыслью, казавшейся ему чрезвычайно занятной. Корнуолл с древнейших времен был известен как пристанище пиратов, которых потом сменили контрабандисты. Поэтому ничего удивительного не было бы в том, если незнакомец выходил в море, чтобы встретиться там с другим судном, забрать с него запрещенный груз и переправить на берег.

Когда незнакомец в следующий раз вернулся в порт, Пиил смотрел в свой бинокль не меньше часа, ни на секунду не отрываясь. Он надеялся зафиксировать факт переправы контрабандного груза, однако когда незнакомец спрыгнул наконец с носа своего суденышка на пирс, в руках у него ничего, кроме рюкзака и пластикового мешка с мусором, не оказалось.

Судя по всему, незнакомец выходил в море ради собственного удовольствия, а вовсе не для наживы.

Пиил достал свою записную книжку, раскрыл на нужной странице, вздохнул и длинной чертой зачеркнул выведенное им прежде слово «контрабандист».

В первую неделю сентября незнакомец получил посылку — здоровенный деревянный ящик, не уступавший по размерам двери амбара. Посылка прибыла в фургоне с лондонскими номерами в сопровождении чрезвычайно нервного человека, одетого в костюм в тонкую полоску. После этого ритм жизни незнакомца совершенно переменился.