— Постой, беспорочнейший! Повтори еще раз подлинные слова Нотгорна о бессмертии! — вскричал вдруг гросс сардунский, охваченный сильнейшим волнением.

Мельгерикс послушно вернулся к требуемому месту и прочел его еще раз, подчеркивая голосом каждое слово.

— Что ты об этом думаешь? — спросил после этого Брискаль Неповторимый.

Протер-секретарь смутился. Он мог сказать, что эту мысль Нотгорна высказывал еще Альгрид, но он знал, что гроссу такой ответ не понравится, и поэтому лишь пожал плечами и ограничился ничего не значащей фразой:

— Так, ваша святость, может говорить человек, полностью утративший веру в бога!

— Виляешь, протер!.. Ну ладно, читай дальше!

Мельгерикс сокрушенно вздохнул и стал продолжать:

— «Я был настолько поражен этими страшными идеями, ваша святость, что в смятении покинул дом Нотгорна, даже не спросив, в чем же, собственно, заключается суть его работы. Моя душа была потрясена, словно ей приоткрылась щель в геенну огненную. Но прошло несколько дней, и я, укрепившись молитвой, решил еще раз посетить обреченный дом ученого.

Мой второй визит не удивил профессора. На мой вопрос, в чем же заключается сущность его научных изысканий, профессор Нотгорн охотно рассказал мне об этом. Я понял опять далеко не все, ибо в речи его было много слов страшных и загадочных.

Нотгорн утверждает, что в основе религиозных представлений о фиктивном загробном бессмертии лежит разделение человека на материальную плоть и на некую эфемерную душу. Поэтому, говорит он, если доказать, что никакой души нет, то из этого сам собой напросится вывод, что нет никакого посмертного существования личности, нет потустороннего бессмертия. А если, мол, все это подкрепить еще возможностью относительного бессмертия в реальной жизни, то все горы богословских абсурдов разлетятся в пыль. В этом направлении и ведет свою работу окаянный профессор.