Потом однажды упер у матери из кошелька несколько манеток. Мама не заметила этого и кража повторилась. В школе он все же продолжал хорошо учиться, потом однажды переругался с классной руководительницей, обозвал ее п...дой при всем классе и, хлопнув дверью, удалился. Мать была вызвана в школу, но так об этом и не узнала. А Игорь продолжал посещать стены храма знаний, но заходил он туда все реже и реже, а оценки его становились все хуже и хуже. Потом вспомнилось, как он со своим приятелем обчистил соседскую квартиру, вспомнились все его 'шалости', которые он позволял себе будучи 'уважаемым' человеком в своем дворе.

Последнее событие, которое он пережил заново в хронологическом порядке, было изъятие им того самого ножичка у одного лоха. Лох был соплив и самоуверен. Игорь нагрел его в карты, а потом, когда оказалось, что долг отдавать лоху нечем, пришел к нему домой и взял себе первое, что понравилось - ножичек лохова отца. Лох умолял взять что-нибудь другое, но Игорь был непреклонен. Этот поступок долго рассматривался с разных точек зрения и был оценен целой горстью шариков, распределившихся по обеим чашам весов.

Дальше подробности жизни Игоря заскакали уже без соблюдения хронологии. Он прожил всю свою жизнь еще раз.

Иногда поступки его переоценивались им и тогда он стыдливо опускал глаза. Иногда он воспринимал реакцию на свои действия в штыки, даже если и был не прав, то не признавал этого. Однако вспоминались не только плохие поступки, но и двоякие, и откровенно хорошие. Весы двигались не находя покоя, изменяли свое положение то в одну, то в другую сторону, иногда находя равновесие. Но не успев замереть, тут же снова приходили в движение.

Наконец весы замерли. Игорь посмотрел на результат, вздохнул с облегчением. Весы хоть и чуть заметно, но все же перевешивали в правую сторону. Девушки: златокудрая Бог и рыжая Сатана - задумались, морщили лобики пытались припомнить еще что-то.