Эльбрус положил автомат на прежнее место.

– Разъясни им еще раз, Асфан.

Шахриар неодобрительно поцокал языком, но трудно было сказать, в чей адрес прозвучало это неодобрение. За спиной бородатого иранца сеньорита Пилар насчитала восемь боевиков в черных одеждах.

– Я предупреждал вас, – с нотками усталости в голосе заговорил Асфан. – Вы обязаны вести себя благоразумно. С любым, кто будет вести себя неблагоразумно, произойдет то же самое, что с этой неверной девочкой. Это понятно или кто-то хочет повторить нечто подобное?

Джамшед тем временем привел сверху еще одну женщину средних лет и трех детей в возрасте от восьми до одиннадцати. Заставив их жестом присоединиться к остальным, он вернулся к двери и занял прежнюю позицию.

– Больше никого? – вопросил Эльбрус, на мгновение вынимая спичку изо рта.

Сохраб покачал головой.

– Мы проверили все комнаты.

Эльбрус встретился глазами с Шахриаром.

– Ну, что ж, – изрек тот, слегка качнувшись на носках и по-прежнему держа руки в карманах куртки. – В таком случае начнем. Джахангир, Бахман, Рашне – оккупируйте третий этаж и ведите наблюдение за подступами к зданию. Фархад – ты на втором. Наладь доступ в Интернет и безопасную телефонную линию. Сохраб, Попак – вы с ним. Бдительности не терять. Мы останемся здесь с заложниками. Рассредоточиться и занять позиции у окон и дверей первого этажа. Асфан, выходи на связь с этим псом полковником Морильо. Я сам буду вести с ним переговоры. Если задачи ясны, исполняйте.

Сохраб, переступив через распростертое тело уже притихшей Чониты, вновь двинулся вверх по лестнице. За ним потянулись и остальные, чьи имена озвучил Шахриар.

Эльбрус выплюнул спичку, пригладил двумя пальцами свои куцые усики и долгим взглядом пробежался по лицам заложников. Критически оценил несформировавшуюся грудь одной из тринадцатилетних девочек, присмотрелся к низкорослой фигуре Каталины, равнодушно мазнул глазами по дрожащей от страха сеньоре Диас, достаточно долго приглядывался к плачущей Марте и в итоге сфокусировался-таки на аппетитных ножках Пилар.