– Дорогу знаете? – коротко осведомился охранник.

– Не беспокойся. Не в первый раз тут.

Альварес первым двинулся по мозаичной дорожке к располагавшемуся чуть в отдалении приземистому домику с покатой синей крышей. Владимир зашагал рядом.

– Вот с этого спора между соседями и зародилось такое понятие, как коррида, – как ни в чем не бывало продолжил прерванный рассказ Хосе. – Я частенько бывал на фермах, где выращивают быков специально для корриды. Знаешь, почему они становятся такими агрессивными, когда выходят на арену?

– Почему?

– Они в шоке.

– Чего? – растерялся Владимир. – В шоке?

– Вот именно.

– В каком еще шоке?

– Ну подумай сам, – усмехнулся Альварес и при этом вроде как вполне машинальным движением одернул рукава своей куртки. – Всю сознательную жизнь, что они пробыли на ферме, их холили и лелеяли. Спокойная обстановка. Без нервов, без стрессов… И вдруг такое! Это же самый настоящий шок. Потрясающее зрелище! Тебе непременно нужно взглянуть.

– Обязательно как-нибудь взгляну.

Они поднялись на крылечко, и Хосе, взявшись за металлическое кольцо, трижды стукнул им в дверь. Ему что-то ответили, но Владимир не разобрал, что именно. Альварес толкнул дверь плечом и вошел в помещение…

Дальнейшие события произошли с такой стремительной быстротой, что Локис, не стань он сам их непосредственным участником, ни за что бы не поверил, будто этот спокойный и невозмутимый человек, который всего пару минут назад неспешно рассуждал о быках, о корриде, о вековых традициях Испании, мог действовать столь стремительно и четко. Впрочем, и сам Владимир не уступил напарнику в реакции.

Все, что он успел заметить, едва они с Хосе оказались в помещении, так это то, что находившихся там мужчин было восемь и что не все из них выглядели как испанцы. Кто из них Доминго, Локис понять не успел. Двое из восьми при появлении гостей вскинули оружие и подняли смертоносные дула на уровень груди. Альварес рассмеялся.