- Но поскольку на планете останется часть груза, то у тебя будет своя комната. Ну, а теперь... что с тобой? Тебе плохо?

Девушка попыталась встать, но внезапно все поплыло перед глазами, и к ней угрожающе приблизились пол и потолок.

- Я голодна, - Чарис схватилась за то, что оказалось ближе всего, за руку капитана, которую он непроизвольно протянул вперед, когда девушка покачнулась.

- Ну, это легкая проблема.

У Чарис остались смутные воспоминания, как она попала на звездолет. Девушка очнулась, только когда в ее холодных руках каким-то образом оказалась чашка, радуя теплом и запахом. Еле-еле удалось поднести ее к губам и выпить густой суп, вкусный, хотя она так и не поняла, что это такое. Выпив, она поудобнее устроилась на койке и огляделась.

На каждом корабле Вольных Торговцев имелась каюта, где под защитой специальных устройств хранились особо ценные небольшие грузы. Девушка увидела вокруг себя шкафы и ящики с персональными замками, открыть которые может только капитан и пользующиеся наибольшим его доверием офицеры. А койку, на которой она сейчас сидела, в случае необходимости использовал часовой левого борта корабля.

Итак, теперь она, Чарис Нордхольм, больше не человек, а ценный груз. Но она устала, слишком устала, чтобы это ее беспокоило, не было сил даже думать о будущем. Она так устала...

Чарис почувствовала вибрацию койки под собой, стен каюты, и ее тело тоже затряслось. Девушка попыталась пошевелиться, но не смогла, и ее охватил приступ паники, пока она не заметила, что пристегнута ремнями безопасности. Благодарная, Чарис коснулась кнопки, отстегивающей ремни, а затем выпрямилась. Они уже покинули планету, но каким будет их следующий порт назначения? Девушка почти не желала знать это.

В каюте не было никаких устройств, отмечающих, какой сейчас день и час, так что Чарис определяла, что миновал очередной день, только по тому, что через какое-то время - и довольно продолжительное - приносили еду. Пищу передавали через окошко и в основном она состояла из высококалорийных таблеток аварийного запаса. Девушка никого не видела, и дверь ни разу не открывалась. Будто она была заперта на пустом корабле...