Маруся села к столу и с умилением смотрела на них,

— Я и сама недавно домой пришла. С утра в школе… — Маруся работала там уборщицей. — Ну как в городе? Письмо мое получили?

Не ожидая ответа, встала, засуетилась. На столе появились яйца, сало, огурцы, бутылка домашнего вина.

— Садитесь к столу.

— Ты написала, что крыша прохудилась. Сегодня пособлю…

— Не надо, Вася. Я и сама могу. Да она уже не протекает. Тебе-то в понедельник на работу? Значит, завтра поедете… Ты наливай, наливай. Отдыхайте. Спасибо, что приехали.

Андрей подошел к динамику на кровати. «Красные маки, огни и вокзалы…» Сделал музыку чуть громче, потом взял черную коробочку в руки, и песня сразу оборвалась.

— Ну-у, он только на мягком играет, — степенно пояснила Маруся. — С полгода так. Только на кровати или на теплой печке. Старенький он у меня. Еще мама покупала…

Андрей осторожно положил динамик на место. «Красные маки. Не спится ребятам…».

— А козочки где ваши? — спросил несмело.

— За сараем привязаны. У соседки коза козлят принесла, я их и купила. Маленькие, а такие понятливые.

Если б кто-нибудь их поучил немножко, так они такими же умными, как и мы, стали.

Маруся налила вино в рюмки, но Василий не спешил пить. Тихий звон в ушах, и сердце будто стонет.

«Не иначе переутомился. Нужно от всего отрешиться. Просто необходимо расслабиться…» Серпан решительно опрокинул в рот содержимое рюмки.

Маруся тоже выпила. Смотрела на Василия и тихо рассказывала, словно не ему, а кому-то еще:

— Вчера мышь дырку прогрызла. И так высоко. Видишь? — показала пятно на стене возле окна. — Я дыру пластилином замазала. Пластилин не прогрызет, подавится, а то и зубы слипнутся. Противный он, я пробовала…

Скрипнула дверь, и на пороге появилась Явдоха.