Стоял воскресный вечер. В квартире царил невообразимый шум. Кэнди и мисс Щипли пытались расставить вещи. На будущей неделе, я не понял, когда именно, они собирались устроить вечеринку.

Поскольку днем они обе работали, то для наведения порядка оставался только поздний вечер. В основном все уже было сделано, но еще оставалось повесить занавески и расставить вещи.

Я держался от них подальше, чтобы не напороться та карнизы для занавесок или не нырнуть случайно в корзину для мусора. Но мысль о столь необходимых десяти тысячах долларов придала мне храбрости.

Они обе возились в задней комнате. И я смело вошел прямо в это осиное, или, точнее, блошиное гнездо.

Мисс Щипли, наполовину раздетая и с повязкой на голове, что делало ее похожей на пирата, отчаянно рвала какие-то тряпки.

— Мисс Щипли, — начал я, — я нахожусь в очень трудном финансовом положении. Мне нужны десять тысяч долларов, чтобы заключить сделку.

Она резко повернулась ко мне:

— Вот ты где! — Точно! Ей только ножа в зубах недоставало, чтобы изображать пиратов, берущих на абордаж судно в штормовых грозных водах Испанского Мэйна. — Блохи! — снова заорала она. — Черт

(…)* их, Инксвитч, этих блох!

* Диктозаписывающее устройство, с помощью которого была воспроизведена данная книга, а также звукозапись, исполненная неким Монти Пеннвелом для изготовления удобочитаемой копии, равно как и переводчик, подготовивший текст, предложенный вашему вниманию, являются членами Лиги сторонников чистоты машинных текстов, одним из нерушимых принципов которой является статья Устава Лиги, гласящая: «Вследствие чрезвычайного высокого уровня машин и руководствуясь стремлением не оскорбить их крайнюю чувствительность, а также с целью экономии предохранителей, которые, как правило, перегорают при подобных трудностях, электронный мозг машины, сталкиваясь в обрабатываемых текстах с ругательствами или неприличными словами и фразами, обязан заменять их определенными звуковыми или письменными знаками (зуммером или многоточием (…)) Машина ни при каких обстоятельствах, даже если по ней колотить кулаком, не вправе произносить ругательства или неприличные слова в какой-либо иной форме, кроме как звук зуммера или знак (…).