Нет, думаешь ты.

Он согласно кивает.

- Это жизнь. И смерть.

- Ты назвал две силы.

- Ты знаешь даже меньше, чем я думал... - Страж смотрит на мечущееся пламя, и его золотые глаза видят там нечто такое, чего ни ты, ни любой другой простой смертный или маг - увидеть не способны. - Это не две разных силы. Это две стороны одной. Той Силы, которая одолевает все в этом мире...

- Все ли? - переспрашиваешь ты, уловив нотку сомнения в его голосе. - Иной раз Морана-Смерть отступает пред волей тех, кто должен остаться и завершить начатое дело. И даже те, кто ушел в Царство Мертвых, могут вновь появиться на земле - по собственной воле или по зову близких, не столь важно. Так что величайшей силой Смерть никак не является.

- А этого я и не утверждал. Смерть сама по себе не имеет столь уж великого могущества. Но вместе с Жизнью... Ты знаешь, какие из известных чудовищ считаются самым большим злом? И самой трудной задачей для Истребителей Нечисти?

- Живые мертвые. Кстати, совершенно зря: ведь их так просто отправить в могилу навсегда. Серебро, чеснок, осиновый или дубовый кол, некоторые травы, огонь - я уж молчу о Знаках. Средств масса, и значительная часть их доступна любому.

- Так. Но только это - всего лишь первый слой пирамиды. Вершину же видели немногие... и никто из них не ушел живым.

- Никто, кроме тебя?

- Никто, - подчеркивает он, - я в том числе. Путь не может использовать живых Стражей. Только воскрешенных из мертвых, познавших обе стороны бытия. Если ты погибнешь, ты также можешь оказаться на месте одного из Стражей.

- А если погибает Страж? - осмеливаешься ты задать вопрос, звучащий сейчас, мягко говоря, недипломатично. - Что происходит тогда?

- Тогда, - улыбается он, - ему приходится вновь принимать участие в нескончаемой кутерьме, именуемой Жизнью.