Исса давно уже разработал свой танец, продумал его до мельчайших подробностей, поэтому спускаться вниз ему было очень легко.
В разных мирах можно было поймать разных демонов. Некоторые из них были дикими, не носили одежды и изрыгали огонь, а золотые крючки расплавились бы от соприкосновения с их горячей плотью, не будь они заговорены. В иных мирах демоны жили, будто люди. Там им поклонялись и одаривали, приносили жертвы и боялись. Демоны там умели говорить и драться на мечах. Но Исса и таких демонов отличал от людей без труда — все охотники умели чуять свою добычу.
Были миры, где демоны были жидкими, как вода, их поймать было очень трудно, но они и ценились больше прочих. Поймав такого можно было не работать потом полгода или больше.
Были демоны-животные, которые только прикидывались людьми, а сами сохраняли свою звериную сущность. Волки, змеи и кошки, лисы и барсуки. Их покупали не очень охотно, всех, кроме лис, которых ценили старые ловеласы. Лисы своими чарами могли разбудить давно заснувшую плоть.
Некоторые охотники тоже спали с пойманными лисами. Исса и сам попробовал один раз, но ему не понравилось. Лиса была слишком напугана. Магические крючки в спине лишили ее возможности говорить или искать свободы, поэтому она не вырывалась, но смотрела на него с таким отчаянием, что даже ее чары едва помогли.
Исса был хорошим охотником. Он без труда мог усмирить самого буйного демона, будь то быкоголовое чудовище из мира красных пыльных равнин или джинн из дворца.
Так было, пока он не встретил танцующего демона.
Демон похож был на смуглую голую девушку, по коже которой струились татуировки, переползая с места на место, а волосы ее были заплетены в тысячи тоненьких косичек и украшены колокольчиками. Девушка самозабвенно танцевала посреди пустыни, под завывания ветра, и ее косички, звеня, кружились облаком вокруг ее головы, как стая ос. Болтовня людей Иссу не интересовала. Он знал, что люди издают ртом звуки и общаются с их помощью, но такой способ казался ему очень глупым и… и слишком странным. Он никогда не пытался выучить язык людей. Не стал бы пытаться, даже если бы мог это сделать, не боясь, что его заболтают демоны.