— Черт побери, тетя Сара! Что тебя сюда привело?

Джеффри был высоким, но в последнее время стал несколько обрастать жирком. У него были седеющие волосы. С годами его продолговатое лицо приобрело постоянное выражение легкого беспокойства. Это был спокойный человек, покладистый, который стремился только к миру и тишине.

— Другой возможности поговорить с тобой наедине у меня не было, Джефф.

— Может, ты войдешь? (Беспокойство на его лице обозначилось еще больше). А может, нам спуститься в соседний магазинчик выпить по чашечке кофе?

— Хорошо, — сказала мадам Брэди.

Уж не слишком ли большой риск для нее — позволить себе выпить еще одну чашку кофе?.. Впрочем, это было не так важно. Она вошла вслед за Джеффом в лифт. Они сели на скамеечке, обтянутой синтетической кожей, в уединенном и отгороженном месте. Все было так хорошо знакомо мадам Брэди, которая жила в этом городе десять лет назад. Хозяин знал ее, девушка, которая работала за стойкой бара, продемонстрировала ей свое дружеское расположение. Мадам Брэди почувствовала себя уютно и заказала кусочек датского пирога.

Затем, перейдя к серьезным делам, уставившись на своего племянника, она сказала:

— Это правда, Джефф, Алисе это не нравилось, и я поистине удручена тем, что твой последний разговор с ней в понедельник утром мог бы быть неприятным из-за этого. Но я абсолютно убеждена, что ты был прав, решившись на поездку в Европу, и прав в том, что ты ей об этом сказал.

— Конечно, тетя Сара, — не поднимая глаз, ответил Джефф. — Я тоже это знаю. И тебе абсолютно не надо из-за этого волноваться.

— И со всеми теми мерами, которые ты принял, Алиса могла бы быть в полной безопасности, и тем не менее, насколько мы можем об этом судить, ничуть не более несчастной, чем обычно.

— Я согласен и прошу тебя, тетя Сара, не вбивай себе в голову, что тебя кто-то в чем-то обвиняет. За твои советы или за что бы там ни было еще.