„Но со мной этот номер не пройдет, — сказала себе Сара. — Только не со мной“.

— Мне показалось понятным, что ты доволен, что я уезжаю, — бросила она просто так.

— Боже праведный, да нет же! — запротестовал Джефф поспешно. — Просто мне хотелось, чтобы ты как можно скорей заняла себя, да и забылась. Тебе надо жить, тетя Сара!

Он улыбался ей, но его улыбка, так же, как и его слова, показались мадам Брэди только признаками хорошего тона.

— Ты мне всегда говорила, что я должен жить своей жизнью.

„Забыть? — подумала Сара Брэди, внутренне терзаясь и кипя. Даже бедняжка Алиса заслуживает большего, чем быстрое забвение. Да, впрочем, это было бы невозможно. Алиса была такой, какой была, и до тех пор, пока они будут жить, она будет занимать свое место в их жизни“.

— Да мало ли, чего я говорю, — заметила она. — Справедливо или несправедливо, но я из тех, кто не может не высказать то, что наболело. И даже сейчас у меня такое чувство, что должна была бы что-то сказать. Или сделать. Или знать.

— То, что ты должна сделать, так это быть самой собой, — возразил Джефф глуповато, похлопывая ее по руке. — Я счастлив, что увижу Дель. Скажи мне, ее не очень утомит пятьсот километров в один день, чтобы приехать за тобой, и проделать то же самое завтра, чтобы увезти тебя?

— Уж только не это могло бы поколебать желание Дель, — обронила мадам Брэди, отдавая себе отчет в том, что племянник двигался по направлению к гаражу.

Она отказалась от такси, которое Джефф предложил ей вызвать, заявив, что возвращение на автобусе очень ее позабавит. Что в общем-то, конечно, было бы правдой, если бы это был один из дней, когда она себя хорошо чувствует. Но сегодня она была далека от того, чтобы чувствовать себя в форме.

Когда, поцеловав ее в лоб, Джефф сказал: „До свидания, и главное, не бери в голову!“ — мадам Брэди еще более убедилась, что она должна о чем-то беспокоиться.