Когда был подготовлен второй модуль, для высадки выбрали самое заброшенное и пустое место. Необитаемый остров в океане. Вдали от рук, крыльев и тем паче глаз обеих империй. После высадки десантникам предстояло добраться до материка, внедриться, заполучить, скрыться. В далеком провинциальном районе их должен был принять модуль и доставить со всей возможной скоростью на корабль. Во время высадки командир лично просматривал горизонт. Но невесть откуда появившееся Нечто, уничтожило модуль. Немедленно к обломкам, упавшим на планету, направились десятки всевозможных летающих, плавающих и ползающих аппаратов. Но тщетно. После уничтожения остатков второго модуля наш корабль укрылся в подпространстве.
После длительных консультаций с Землей было решено готовиться к новой высадке с применением всего потенциала поражения и под защитой поля корабля, которому предстояло выйти из подпространства и стать видимым и, возможно, уязвимым. К тому времени была выяснена природа и поражающие факторы оружия доблестных планетарных воинов. Корабль, по мнению специалистов, мог обеспечить на достаточно длительный срок защиту экспедиции. Таким образом было решено нанести массированный удар по квадрату в районе высадки, рядом с большим городом на берегу океана, после совершить посадку всего корабля, далее, группа захвата находит в городе то, что укажет историк, и корабль стартует, уходит, исчезает, цель достигнута, курс к Земле. Естественно, план кошмарен и чреват многими жертвами.
В ночь перед атакой историк пробрался в модуль и самостоятельно, в одиночестве, покинул корабль; совершив сложнейший маневр выхода из подпространства, он направился к поверхности планеты. Обнаружилось это слишком поздно, и на требования вернуться историк не ответил. Когда показались истребители и выдали ему дорожку, он посадил модуль в указанном месте, на одном из военных аэродромов. Оставалось загадкой, когда и каким образом историк смог овладеть навыками управления модулем, который являлся достаточно сложным аппаратом и для профессионала, но тут припомнили, что он долгое время оставался на борту один, уклонившись от анабиоза, и видимо, не терял времени зря.