Но через полчаса все его надежды потерпели крушение. Водитель Никитин, молодой тридцатилетний парень, был весел и полон энтузиазма. Ему Ильин сказал только, что совершено покушение в подъезде дома недалеко от остановки автобуса. А тот тут же начал выспрашивать:

- Уж не бизнесмена ли очередного завалили?

Но Ильину было не до пустых разговоров. В нетерпении он предъявил Никитину несколько заранее заготовленных фотографий, среди которых была и фотокарточка Хромова. Свидетель внимательно всех рассмотрел и отрицательно покачал головой:

- Здесь нет того парня.

Ильин все ещё не желал смириться с неудачей:

- Посмотри ещё раз повнимательнее.

И вновь Никитин был категоричен:

- Тут и смотреть нечего. Я хорошо того парня запомнил. Здесь его нет.

- А вот этот, нахмуренный? - от отчаяния пошел на нарушение процессуальных требований Ильин, указывая прямо на ненавистное лицо Хромова.

- Ну что вы, тот был светловолосый и худой, а этот черный и лицо круглое, как луна! И еще, тот парень не из простых. Часы на нем богатенькие и личность интеллигентная. Нет, здесь его нет.

Ильин скрупулезно записал объяснения водителя автобуса, оформил протокол неудачного опознания: ему ведь тоже надо будет отчитываться за проделанную работу, а для контролеров свыше чем больше бумаг составлено, тем вроде бы и активнее ведется розыск.

Когда за свидетелем закрылась дверь, Ильин прикрепил скрепкой показания Никитина с рассказом о его пассажире для доклада руководству. Но тут же отделил от общих бумаг протокол неудачного опознания и спрятал его подальше в ящик стола: наверняка этот Никитин видел всего-навсего случайно оказавшегося в этом месте человека, опаздывающего на важное свидание. А смущать начальство сомнениями в виновности задержанного Хромова в его планы не входило. Да и посидеть тому в камере при его наглости совсем не помешает.

Стук в дверь заставил Ильина вздрогнуть и быстро задвинуть ящик стола, куда был положен протокол неудачного опознания. Оказалось, вернулся Никитин: