Решив при этом обвинении, что достаточно наслушалась глупостей, я спокойно сказала:

— Мне пришлось готовить бульон и сироп от кашля. Потом я проверяла запасы лекарств в наших кладовых, советовалась с целителями… — Она вспыхнула, сообразив, что попала впросак. — В том и заключаются мои обязанности в холде.

— Почему же мне не сказали, что ты здесь? Твой отец… — внезапно она закрыла рот, словно боясь проговориться.

— Мой отец не много понимает в домашних делах. Этим занималась мать. Глаза Анеллы злобно сверкнули, но мой голос был спокойным и ровным; я контролировала каждое свое слово.

— Никто не говорит со мной о вещах, которые я хочу знать, — пожаловалась она. — Тебя зовут не Налкой, но как же тогда?

— Нерилка.

— Очень похоже. Почему ты не явилась по моему приказу? — Она выглядела раздраженной, но это только смешило меня.

— Никто не звал леди Нерилку.

— Но они же знали, кого я хочу видеть!

— Умерли наши близкие… Весь холд погружен в траур…

Губы Анеллы сжались в тонкую линию, но то, что она собиралась сказать, промелькнуло в ее глазах; они снова начали вылезать из орбит — видимо, моя новая госпожа пыталась сдержать злость. Она шагнула к окну и уставилась на внутренний двор, дергая ворот платья, которое опять начало сползать с плеча. Потом резко повернулась ко мне.

— Твоя мать была такой хорошей хозяйкой… Я уверена, что у нее припрятан большой запас тканей. Ты можешь пойти со мной и выбрать несколько кусков на платье?

— Этим заведует тетушка Сира.

— Мне не нужна тетушка Сира! Я хочу, чтобы ты занялась вышивкой! Ты ведь умеешь это делать? — Я кивнула, и ее мысли тут же перескочили на другое: — А ключи? Где ключи? — Я показала на маленький ящичек наверху материнского комода. С раздраженным возгласом Анелла подскочила к нему, дернула ручку и вцепилась в вожделенный символ своего нового положения. Она держала массивное кольцо обеими руками. — Но который откуда? Где ключ от сундука с драгоценностями? И пряности… какой ключ от этого шкафа?