— Кто ты таков и что можешь?

— Я — Совершенный Королевский Советчик, — ответил тот голосом глуховатым, как бы доносящимся из пустой бочки, — и могу давать советы, наилучшие из возможных.

— Прекрасно, — сказал Мандрильон, — а кому ты обязан верностью и послушанием, мне или тому, кто тебя создал?

— Верностью и послушанием я обязан единственно Вашему Величеству, — прогудел Совершенный Советчик.

— Ладно, — буркнул король. — Для начала… значит… того… слушай… я бы не хотел, чтобы первое мое требование к тебе выставило меня скупцом… но все же неплохо бы, так сказать… исключительно ради принципа… смекаешь?

— Ваше Величество еще не соблаговолило поведать, что ему угодно, — ответил Советчик, выдвинул сбоку третью ногу, поменьше, и подперся ею, так как временно потерял равновесие.

— Совершенный Советчик должен читать мысли своего господина! — сердито проворчал король.

— Разумеется, но только по приказанию, дабы не показаться нескромным, — возразил Советчик; затем отодвинул заслонку у себя на животе, повернул маленький ключик с надписью «Телепатрон», весь просиял и воскликнул:

— Вашему Величеству угодно ни гроша не платить Трурлю? Понятно!

— Если ты хоть кому-нибудь скажешь об этом, я велю сбросить тебя в громадную мельницу, жернова которой вращают триста тысяч моих подданных сразу! — пригрозил Мандрильон.

— Никому не скажу! — заверил Советчик. — Вашему Величеству заблагорассудилось не платить за меня — это проще простого. Когда Трурль вернется, объявите ему, что золота никакого не будет, и пусть себе убирается.

— Да ты просто олух, а не Советчик! — разгневался король. — Я не хочу платить, это правда, но виноват пусть окажется Трурль! Что ему, мол, ничего и не полагается! Понял?

Советчик включил аппарат для чтения государевых мыслей, слегка покачнулся и глухо сказал:

— Вашему Величеству угодно также прослыть справедливым, свято блюдущим законы и свое государево слово, и Трурля выставить плутом, прохвостом и негодяем… Отлично. Тогда, с Высочайшего Вашего соизволения, я брошусь на Вас и начну Вас душить и давить, а Ваше Величество соблаговолит кричать «караул», да погромче…