Огромные, кажущиеся неуклюжими машины находились на расстоянии мили и пятьюстами футами ниже наблюдательного пункта Симонова. Он инстинктивно еще теснее прижался к земле и слегка отполз назад - под прикрытие огромных валунов. Это было контролируемой, выполненной автоматически, почти рефлекторно, реакцией на возможную опасность, но никак не паническим отступлением. Симонов был очень хорошо подготовлен - на него не пожалели средств.

По мере того, как колонна продвигалась по ущелью, въезжая на плавно опускавшееся шоссе, на его отвесных стенах начали оживать батареи прожекторов, ярко освещавших превосходную дорогу. Симонов как зачарованный вслушивался в рев дизелей, работавших на малых оборотах, продолжая наблюдать за процедурой хорошо организованного приема колонны.

Не снимая окуляров ноктовизора, он сунул руку в карман и, достав из него миниатюрную камеру, прикрепил ее к нижнему краю прибора. Затем он нажал кнопку фотокамеры и продолжил наблюдение. Теперь все увиденное им каждые шесть секунд автоматически фиксировалось на пленку, что в результате позволяло получить за три с половиной минуты сорок пять кадров высококачественных снимков. Нет, он не ожидал увидеть нечто новое, он уже знал, какой груз доставил караван, так что снимки должны были лишь подтвердить его предыдущие наблюдения - к удовлетворению его соратников на Западе.

Четыре тяжелых грузовика. Первый везет полный комплект электроограды трехметровой высоты, два следующих везут запасные части и боекомплект для трех спаренных тринадцатимиллиметровых бронебойных пушек системы Катушева, четвертый и последний везет комплект дизель-генераторов. Относительно содержимого груза вопросов не возникало. Возникал другой вопрос: если русские собираются защищать Печорский Проект, от кого они собираются защищать его?

От кого.., или от чего?

Камера Симонова щелкала почти неслышно; сам он внимательно следил за всем происходящим внизу.