— И этот… — Скалли заглянула в папку, — этот Бертрам Сорнуэл был тем самым ученым, что занимался здесь разработкой подобных двигателей.

— Да! Одним из.

— И как близко они подошли к успеху?

— Как близко они подошли, к успеху, не знаю, но Сорнуэл — это второй человек в их команде, умерший за последние шесть месяцев не на больничной койке.

— Понятно, — сказала Скалли. — Непонятно только, почему ты решил, что эти смерти входят в круг наших интересов. Вот если бы их застрелили маленькие зеленые человечки с летающих тарелок…

Молдер шутку оценил. Он остановился, отобрал у Скалли папку с бумагами и сказал задумчиво:

— Есть что-то необъяснимое в случившемся, Скалли, но кто сказал, что необъяснимое остается таким навечно!

Напарники свернули за угол и сразу обнаружили дверь с нужным номером. Молдер нажал кнопку звонка. Мгновение — и дверь отползла в сторону.

Полицейских за нею уже не было. На незваных гостей удивленно смотрел молодой высокий мулат в белом халате. Еще один обладатель белого халата — а также короткой седой бородки и круглых очков в золоченой оправе — застыл перед школьной доской, исписанной длинными и сложными уравнениями. Из открытой двери в задней стене лаборатории доносились голоса. Помимо двери, стену украшало большое прямоугольное (примерно два метра на полтора) окно, глядящее не на улицу, а в соседнее помещение.

— Нам нужен доктор Китс. — Молдер сунул под нос мулату служебное удостоверение.

Тот кивнул в сторону халата, застывшего у доски.

— Доктор Китс?

Созерцатель уравнений пробудился:

— Да.

— Мы из ФБР. — Молдер показал удостоверение. — Я агент Молдер, а это агент Скалли. Насколько нам известно, именно вы нашли сегодня утром доктора Сорнуэла.

Китс кивнул:

— Точнее то, что от него осталось… Прошу сюда!