Резкий хруст настолько удивил двух притаившихся на безопасном расстоянии наблюдателей, что они обменялись недоуменными взглядами - и пропустили тот момент, когда чудовище обратилось в огромную кучу вязкой, дурно пахнущей слизи, прикрытую пластинами треснувшего хитина. Человек, несмотря на свою невероятную реакцию, не успел спрыгнуть и провалился в это месиво почти по шею. До наблюдателей долетела ругань победителя, причем пожелания скатологического характера в адрес тех, кто поручил ему эту небесами проклятую работу, были далеко не самыми сильными выражениями в его пятиминутной, глубоко прочувствованной тираде.

x x x

- Неплохо выглядишь, Серебряный. - Рад бы сказать то же о тебе, Красный. Одноглазый зло хмыкнул. - Сам знаю, что видок хреновый; а чувствую я себя еще хуже. Однако дело того стоило! - Слышал, как же. Пара мантикор, вышедших из-под контроля. Колдуны Рабана на себе последние волосы рвут, не могут понять, каким чудом зверюгам удалось бежать через Портал на Светлую Сторону, не нарушив Печати. - Ты все тот же, Серебряный, - покачал головой Красный. - Что тебе за дело до колдунов и их забот? У нас свои дела и свои проблемы. Помоги лучше встать... Он с кряхтеньем отбросил одеяло, спустил изувеченные ноги с лежанки на пол и попробовал перенести на них хотя бы часть веса, но нервы отозвались такой вспышкой боли, что Красный не сдержал стона. Я послал ему часть своей силы; Красный скривился от презрения к самому себе, однако принял дар и утихомирил боль. - Если не встану через три дня, на мне можно ставить крест, - с обреченностью в хриплом голосе молвил он. - Встанешь, если не будешь лезть в пекло впереди собственного папаши... сомневаюсь только, что он у тебя был. Одноглазый усмехнулся, и это меня обнадежило. Когда рассудок заполняет меланхолия, дело дрянь, а в его случае это вообще смертельно.