- Почему ты не разбудил меня? - спросила Рут дом. Он не ответил, и тогда она вспомнила, что попросила Бена отключить его голос.

В этой гробовой тишине ей стало не по себе.

- Включи сообщение, - приказала она.

Изображение на телестене пропало. Когда оно снова появилось, Рут увидела лицо Селии, бледное, осунувшееся, казавшееся на экране неестественно вытянутым.

- Связь установлена, - произнес безразличный голос машины, и Селия подняла голову.

- Мамочка? - позвала она и немного подождала. Рут вглядывалась в ее изображение. За спиной Селии толпы людей сновали по главному залу космодрома.

- Мамочка, если ты дома, пожалуйста, ответь.

Она еще подождала, с надеждой всматриваясь в экран, затем продолжала:

- Я не знаю, что сказать тебе, но не могу оставить все как есть. Я люблю тебя, Мамочка, и понимаю, что ты обижена. Но ты тоже должна понять.

Селия замолчала, нащупывая в кармане сигареты, потом вздохнула. Она слушала кого-то за пределами экрана.

- Это Бен, - объяснила она. - Мы должны торопиться. Знаешь, ты ему и правда понравилась. Послушай, ты должна понять, это важно. - Она затянулась и продолжила: - Мы жаждем того, чего Земля не может дать нам, Бену и мне, и еще многим. Мы устали постоянно работать и видеть, что все, ради чего мы трудимся, достается другим. Думаю, тебе трудно это понять - в твоем маленьком мирке есть все - но люди страдают и голодают. Нас слишком много, и слишком многие из нас стары. Это не значит, что я не люблю тебя. Не значит, что не буду думать о тебе, потому что все равно буду.

Она опять посмотрела куда-то за экран и сказала:

- Нам пора. Не забывай меня, Мамочка.

Затем протянула руку к экрану, и изображение исчезло.