Брак был самым лучшим периодом, но он длился всего-навсего восемнадцать месяцев. Утроба его молодой жены произвела на свет их единственного темного, пораженного раком ребенка. Это было четыре года назад.
С тех пор он иногда подумывает об отъезде из Арнетта в поисках лучшей доли, но рутинность быта маленького городка удерживает его — заунывная мелодия сирены, напевающей о родных местах и привычных лицах. К нему очень хорошо относились в Арнетте, а однажды Вик Пэлфри даже отпустил ему самый лестный комплимент, назвав его «старомодным упрямцем».
Пока Вик и Хэп спорили, на небе догорал закат, но на Арнетт уже опустились сумерки. По шоссе № 93 проезжало не так уж много машин, что было одной из причин, почему у Хэпа скопилось так много неоплаченных счетов. Стью увидел, как по дороге едет автомобиль. Машина была еще в четверти мили от них, последние дневные блики играли на немногих оставшихся хромированных деталях. Зрение у Стью было отличное, и он увидел, что это очень старенький «шевроле», возможно даже 1975 года. «Шевроле» с отключенными фарами ехал со скоростью не более пятнадцати миль в час, его мотало из стороны в сторону. Никто, кроме Стью, не заметил машину.
— А теперь, предположим, ты получишь закладную за эту станцию, — продолжал Вик, — допустим, это будет пятьдесят долларов в месяц.
— Ну нет, это стоит намного больше.
— Ну, чтобы не спорить, скажем, пятьдесят. И предположим, что федеральные власти пойдут еще дальше и напечатают по твоему желанию полный багажник денег. Тогда люди из банка развернутся и потребуют с тебя сто пятьдесят. И ты снова будешь так же беден.