Кино, в конечном счете — это всего лишь иллюзия движения, состоящая из сотен тысяч неподвижных фотографий. А воображение движется своим путем, напоминая отливы и приливы. Фильмы, даже самые лучшие из них, это застывший вымысел — любой из видевших «Полет над гнездом кукушки», а потом читавший роман Кена Кизи ловит себя на том, что трудно, даже невозможно, представить себе Рэндла Патрика Макмерфи иначе, как только в образе Джека Николсона. Это не обязательно плохо… но это ограничивает. Слава и смысл хорошего романа в том, что он безбрежен и подвижен; хорошая вещь принадлежит каждому читателю по-своему, каким-то неповторимым образом.

И наконец, я пишу по двум причинам: чтобы доставить удовольствие себе — во-первых — и другим — во-вторых. Возвращаясь к этому длинному рассказу о мрачном периоде христианства, смею надеяться, что я справился с этими двумя задачами.

24 октября 1989 года

Со стороны смотря на улицы в огнях,

На вальс смертельный вспышек и фантазий,

Ты не пиши, поэт, ни строчки.

Все отойдет, и будь что будет,

Наступит миг их в быстротечной ночи.

Попытку выстоять предпримут ли они?

По даже раненых, не то, что мертвых,

Отправят прямиком в Страну Забвенья.

Брюс Спрингстин

Уж ясно было, что не в силах жить она!

И дверь открылась, и ветра явились,

Свеча погасла, и огонь исчез,

Затрепетали шторы, и вот Он явился,

Сказав: «Не бойся, Мэри, и иди за мной».

И страха не было,

И шла она за ним,

И полетела… Взяв его за руку…

«Не бойся, Мэри, я ведь жнец твоих страданий,

Пойдем со мной!»

Блю Ойстер Калт