— Да, господин президент, для современного теплого и влажного климата решили. Но в случае похолодания климат станет заметно суше. И это даст сорняками значительное преимущество перед культурными растениями. Цветы сорняков хорошо приспособлены для опыления насекомыми, а их семена в твердой оболочке прекрасно переносят сухость. Крысы сегодня подавляются системами биозащиты. Чтобы выжить, они вынуждены рыть норы. А защищают поля животные, которые гнездятся на поверхности земли. В случае похолодания их потомство будут гибнуть, тогда как крысы не пострадают и будут размножаться гораздо быстрее защитников. И в результате вал вредителей захлестнет сельскохозяйственные угодья.

Значит голод, борьба с зелеными… Да и не позволят нам зеленые на самом деле жечь уголь — подумал президент. Даже прекратить удаление углекислоты из атмосферы не позволят. За прошедшие миллионы лет зеленые превратились из политической партии в мощную финансово-промышленную корпорацию, съедающую ежегодно хороший кусок государственного бюджета. Трогать их — верное самоубийство. Сожрут с костями, и возможно не только фигурально.

— Вот что, господин председатель, я не собираюсь ломать себе шею ради тебя и твоих яйцеголовых. Когда толпы голодных бунтовщиков подступят сюда, я не буду обвинять зеленых — все равно не выйдет. Я их на тебя и твоих людей натравлю. Народ вас давно недолюбливает, так что сделать это будет нетрудно. Найдут себе виновных — может мне тогда удастся уцелеть. Так что единственная возможность выжить для тебя и твоих умников — найти выход. Все, иди.

Председатель комиссии по науке нервно сглотнул — в угрозе президента он почувствовал полную серьезность. Этому прожженому политику действительно ничего не стоит бросить толпе кость, отвлекая ее от себя. А виновен или невиновен тот, кого будут на его глазах раздирать на части обезумевшие горожане, его нисколько не волнует. Чувствуя нарастающую панику, председатель быстро покинул кабинет президента.