— Бери, вон «уазик» начальника штаба свободен, он сейчас в отпуске. Да что случилось-то?! С Ленкой что? — встревожился Петр.

— Да, — снова коротко ответил лейтенант, выглянул в окно и спросил. Это вот тот «уазик»?

— Он, — подтвердил Волобуев. — Только подожди солдата, он обедать пошел.

— Не надо, я сам поведу, — прервал его Ремизов. — Позвони на КПП, чтобы выпустили.

Забыв на столе пилотку, он выбежал из здания штаба и отправился к гаражу.

Когда машина с Ремизовым миновала ворота воинской части и повернула на выезд из города, в серой «девятке», припаркованной чуть поодаль на другой стороне дороги, один из двоих парней торопливо сказал в черную коробочку мобильного телефона:

— Нечай, он едет.

— Хорошо, — подтвердил услышанное Геннадий, сидевший все в той же красной «Ниве» далеко за городом, а потом добавил: — Через десять минут вызывай милицию.

Отдав телефон Рыде, Нечай легко выпрыгнул из машины, уже хотел было захлопнуть дверцу, но напарник чуть пригнулся и с ухмылкой сказал:

— Нечай, ни пуха тебе!

— К черту! — внезапно разозлился тот и двинулся к забору усадьбы, которую навещал этой ночью.

— Каркает тут под руку! — бормотал он себе под нос, натягивая на ходу тонкие нитяные перчатки.

Легко вспрыгнув на забор, Нечай убедился, что никто его не видит, и спрыгнул вниз. С этой стороны здания окон не было, он осторожно выглянул из-за угла и, убедившись, что охранник находится в сторожке, двинулся в другую сторону. Свернув за угол, Геннадий проскочил, пригнувшись, под окнами и поднялся на заднее крыльцо. Подергав ручку, он убедился, что дверь заперта. Тогда Нечай воспользовался припасенным с прошлого посещения ключом и проник в здание. Остановившись у порога, он прислушался. Где-то тихо играла музыка, послышался приглушенный стенами женский смех.