Когда он очнулся, уже была ночь. В комнате никого не было. Ноутбук тихо шелестел на табуретке. На мониторе шевелила усами цветная амеба, но как-то вяло, и мелькание картинок вроде прекратилось. Зато голова была как набитая ватой, глаза слезились и в ушах тонко звенело. Он кашлянул и обнаружил, что в горле пересохло. Допил холодный чай, звякнул ложкой о блюдце.

Скрипнула дверь.

- Ну что, готов?

Гена молча глядел на Васю и не знал, что ответить.

- Будем считать, что готов, - зевнув, ответил за него племянник. - Тогда спи.

И прикрыл дверь.

В утренний жидком свете лицо племянника казалось более смуглым, чем он был на самом деле, бойкие же глаза, наоборот, посветлели, а зрачки стали белесыми.

- Неужели ты ничего не помнишь? - в десятый или двадцатый раз спросил он.

Гена пожал плечами. Его разбирала зевота, он не выспался, и не понимал, чего добивается этот человек. Вася разбудил его ни свет ни заря и стал допытываться, помнит ли он об их прежних встречах, добрался ли он до своей доли, где другая циста со вторым ключем... Отчаявшись получить нужный ответ, племянник несколько раз заговаривал на иностранных языках, что в его устах звучало странно. Разобрать, какие это были языки, Гена не мог. Криво улыбаясь, он сидел, откинувшись на смятую подушку и таращил глаза на племянника Васю.

- Я могу ошибаться, - недобро сказал Вася, - и я отвечу за свою ошибку. Но может быть на самом деле ты все вспомнил и затеял свою игру? Это не по семейному... Дурачок, нам нельзя подставлять друг друга даже ради лишней доли! У тебя отшибло память. А может, ты просто новый партнер и тогда...

Резко оборвав себя на полуслове племянник схватил Гену за уши и приблизив его лицо к себе, впился взглядом в глаза ничего не соображающего парня. Дикий и страшный был этот взгляд! Но Гена не успел испугался, как тут же Вася отпустил его, поднялся с табурета и вздохнул.